Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
28 29 30 1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31 1

Из арбитражной практики


Из арбитражной практики

В.А. Козлов,

советник налоговой службы III ранга, ГНИ по Воронежской обл.
     

     В настоящее время довольно часто встречаются случаи несогласия налогоплательщиков с решениями налоговых органов, принимаемыми по результатам документальных проверок. Органами, рассматривающими споры налогоплательщиков с налоговыми инспекциями, если такие споры не разрешены в ходе проведения проверки или при рассмотрении жалобы на решение инспекции, являются арбитражные суды и суды общей юрисдикции.
     

     В данной статье затронуты некоторые вопросы, возникающие в ходе рассмотрения исков налогоплательщиков и налоговых органов в арбитражных судах.
     

     1. Налоговая инспекция подала иск в арбитражный суд о взыскании с индивидуального предпринимателя П. сумм заниженного дохода, штрафа в том же размере и соответствующей суммы подоходного налога. В обоснование исковых требований инспекция ссылалась на завышение индивидуальным предпринимателем П. размера расходов, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, что, в свою очередь, повлекло занижение налогооблагаемого дохода.
     

     В процессе рассмотрения дела было установлено следующее.
     

     При заполнении декларации о доходах предприниматель П. включил в расходы, учитываемые при определении налогооблагаемого дохода, суммы выплат по договорам купли-продажи и интеллектуальной собственности, якобы осуществленных в пользу физических лиц. Налоговая инспекция в исковом заявлении утверждала, что выплаты физическим лицам в размерах, указанных в договорах, не производились, интеллектуальная собственность ими не передавалась, и, следовательно, предпринимателем П. указанные расходы не понесены. Физическим лицам было выплачено по 10 - 15 тысяч неденоминированных рублей за то, что они подписали указанные выше договоры.
     

     В подтверждение своей позиции инспекция ссылалась на объяснительные записки упомянутых физических лиц, которые содержали подтверждение вышеизложенного.
     

     Представитель предпринимателя П. возражал против исковых требований налоговой инспекции. Он утверждал, что договоры купли-продажи были заключены, интеллектуальная собственность передана предпринимателю и деньги за нее физическим лицам заплачены. Были представлены подписанные договоры купли-продажи, акты приема интеллектуальной собственности и расчетные документы, подтверждающие факт выплаты физическим лицам денежных средств, указанных в договоре.
     

     На судебном заседании представителем инспекции было заявлено ходатайство о допросе в качестве свидетелей физических лиц, с которыми якобы были заключены вышеназванные договоры. Ходатайство судом было удовлетворено, и свидетельские показания подтвердили утверждение налоговой инспекции об отсутствии выплат денежных средств по указанным выше договорам. Иск налоговой инспекции был удовлетворен.
     

     К сожалению, в настоящее время многие предприятия и индивидуальные предприниматели пытаются подобными методами увеличить затраты и тем самым уменьшить налогооблагаемую прибыль.
     

     Хотелось бы обратить внимание еще на одно обстоятельство, которое хотя и не использовалось в качестве основания иска и поэтому не исследовалось в судебном процессе, но имеет немаловажное значение: в настоящее время многие специалисты отождествляют понятия “имущество” и “интеллектуальная собственность” и на этом основании считают, что продавцы интеллектуальной собственности (физические лица) имеют право на льготу, предусмотренную подпунктом “т” п. 1 ст. 3 Закона РФ “О подоходном налоге с физических лиц” (1000-кратный размер минимальной месячной оплаты труда). Однако внимательное изучение ст. 128 и 138 ГК РФ позволяет сделать вывод о том, что понятия “имущество” и “интеллектуальная собственность” - не идентичны, поэтому при продаже интеллектуальной собственности указанная выше льгота применяться не должна.
     

     2. Акционерное общество обратилось в арбитражный суд с иском к налоговой инспекции о признании недействительным постановление последней в части исключения из состава затрат, учитываемых при определении налогооблагаемой прибыли, сумм выплат по гражданским договорам за консультационные услуги индивидуальным предпринимателям и выплат за маркетинговые исследования другим юридическим лицам.
     

     В обоснование своих требований акционерное общество ссылалось на то, что хотя указанные предприниматели и занимали руководящие должности, однако выплаты им осуществлялись не как работникам акционерного общества, а как предпринимателям. Указывалось, что заработная плата названных лиц колеблется в размере от 1 до 3 минимальных размеров оплаты труда. В отношении выплат за маркетинговые исследования отмечалось, что Положение о составе затрат позволяет включать такие выплаты в себестоимость услуг. Арбитражный суд при рассмотрении данного дела исходил из следующего.
     

     Согласно ст. 66, 71 Закона РФ “Об акционерных обществах” требования, предъявляемые к руководителям общества, могут устанавливаться уставом общества; в противном случае в отношении этих лиц применяются обычные условия делового оборота. В уставе общества требования, предъявляемые к руководителям, не были в достаточной мере раскрыты, поэтому следует применять обычные условия делового оборота, а также требования к руководителям, изложенные в Квалификационном справочнике должностей руководителей, специалистов и служащих, утвержденном постановлением Госкомтруда СССР и ВЦСПС от 27.03.86 N 102/6-142, и Разрядах оплаты труда и тарифно-квалификационных характеристик (требований) по общеотраслевым должностям служащих, утвержденных постановлением Минтруда России. Из условий делового оборота и названных документов следовало, что руководители должны обладать определенными знаниями и квалификацией, необходимыми для осуществления деятельности по занимаемой должности.
     

     Решение вопросов, по которым были получены консультационные услуги, входит в круг обязанностей должностных лиц, за исполнение которых они и получают заработную плату. Поэтому включение в состав затрат каких-либо дополнительных выплат по гражданским договорам, произведенных за выполнение своих трудовых обязанностей, нельзя признать обоснованным.
     

     При рассмотрении данного дела было также отмечено, что факт осуществления консультационных услуг не подтвержден документально, так как представленные истцом акты приема-передачи не оформлены надлежащим образом и не содержат информацию об объемах и содержании оказанных консультаций.
     

     В отношении расходов на маркетинговые исследования было отмечено, что маркетинговые услуги включаются в состав затрат лишь в части расходов, непосредственно связанных с реализацией продукции (работ, услуг). Расходы по маркетинговым исследованиям, связанным с изучением спроса и предложения, расширением рынка сбыта услуг, Положением о составе затрат не предусматриваются, и они должны осуществляться за счет прибыли, остающейся в распоряжении предприятия (организации) после налогообложения.
     

     Было также указано на то, что из актов сдачи-приема работ по маркетинговым исследованиям не следовало, что был выполнен конкретный объем работ. Поэтому расходы по этим договорам нельзя считать документально подтвержденными.
     

     Кроме того, согласно п. 2 Положения о составе затрат отнесение расходов по маркетинговым исследованиям на затраты, учитываемые при исчислении налогооблагаемой прибыли, допускается в случае, если у предприятия (организации) нет структурного подразделения, осуществляющего такие функции. Однако у истца такое подразделение имелось, поэтому включать расходы по маркетинговым исследованиям в состав затрат, учитываемых при исчислении налогооблагаемой прибыли, он не имел права.
     

     На основании изложенного, в удовлетворении исковых требований истцу было отказано.